Тегеран вернулся к вопросу о возможном выходе из Договора о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО). Соответствующий законопроект уже подготовлен, заявил заместитель спикера иранского парламента Али Никзад.
«Проект о выходе из ДНЯО находится на рассмотрении с пометкой чрезвычайной срочности. Как только он будет официально внесен, депутаты должны будут его рассмотреть в тот же день», — приводит его слова агентство Fars.
Сейчас, отметил политик, данная инициатива изучается, в том числе с точки зрения международных последствии. Также он заявил, что в парламенте не доверяют Международному агентству по атомной энергии (МАГАТЭ) и его нынешнему руководителю Рафаэлю Гросси, который, проводит лишь «поверхностные инспекции» на ядерные объекты Ирана и публикует «негативные отчеты».
Вице-спикер напомнил, что Иран приостановил сотрудничество с МАГАТЭ год назад, и подчеркнул, что это решение пошло Исламской Республике на пользу. «Неужели у нас есть хоть какая-то надежда на то, что генеральный директор МАГАТЭ или те, кто там сидят, окажут нам содействие в сфере ядерной энергетики? Разумеется, нет», — сказал он.
Напомним, в июне 2025 года США и Израиль в ходе 12-дневной войны атаковали ядерные объекты Ирана в Фордо, Исфахане и Натанзе. После чего иранский президент Масуд Пезешкиан издал указ о приостановке взаимодействия с МАГАТЭ, обвинив организацию и её руководство в бездействии и потакании агрессору.
Речь о возобновлении полноценного сотрудничества пока не идет, однако инспекторы агентства за это время смогли посетить несколько иранских ядерных объектов, включая Тегеранский исследовательский реактор (TRR).
Что касается выхода Тегерана из ДНЯО, участником которого страна является с 1970 года, то на этот счет единого мнения не существует. Так, по словам представителя президиума парламента Аббаса Гударзи, это вполне реальный шаг, как и пересмотр ядерной доктрины Ирана.
В свою очередь, секретарь Высшего совета национальной безопасности ИРИ Мохсен Резаи сообщил телеканалу Al Jazeera, что пока власти не приняли решение о выходе из Договора. Все будет зависеть от действия Вашингтона. При этом он отметил, что США и Израиль дают Тегерану основания это сделать, однако Иран до сих пор привержен фетве покойного верховного лидера и не менял ядерную доктрину.
Как известно, с 2003 году в Иране действует фетва (религиозное предписание) убитого американцами аятоллы Али Хаменеи, согласно которой производство ядерного оружия запрещено, так как противоречит исламу. Его преемник Моджтаба Хаменеи пока еще не обозначил свою позицию по этому вопросу.
Между тем, президент Масуд Пезешкиан, выступая недавно на Генассамблее ООН, дал понять, что Исламская Республика не считает ядерное оружие необходимым для обеспечения безопасности, но выступает против запрета на знания в ядерной сфере. По его словам, энергетика нужна Ирану для развития, а не для бомб, военная же программа рассчитана на защиту, чтобы «никто не думал, что удары по иранским городам останутся без ответа». В то же время он подтвердил, что страна намерена придерживаться норм международного права и положений Договора о нераспространении ядерного оружия.
На этом фоне заявление представителя парламента о планах Тегерана выйти из ДНЯО выглядят в некотором роде достаточно провокационно. Другое дело, насколько эти планы осуществимы? И вообще, какой смысл Ирану выходить из договора, участником которого он является более полувека?
Прокомментировать ситуацию «СП» попросила политолога, специалиста по Ирану и Ближнему Востоку, эксперта Финансового университета при правительстве РФ Фархата Ибрагимова:
— Фетва Али Хаменеи о том, что Иран не может обладать ядерным оружием, действительно пока еще функционирует. Но она имеет прежде всего религиозный подтекст, а не юридический, международно признанный. То, что мы относим к Договору о нераспространении ядерного оружия.
К тому же, теоретически и фетву можно пересмотреть, тем более что Али Хаменеи был убит, стал мучеником. В данном случае новый верховный лидер страны Моджтаба Хаменеи — его сын — имеет право поставить на согласование и пересмотреть эту самую фетву через соответствующие исламские консультативные советы, которые ему подотчетны.
Ситуация в регионе меняется. Мы это видим на протяжении нескольких месяцев. И, конечно, Иран прекрасно понимает, что этот договор только ограничивал его в ядерной программе. Потому что тот же Израиль ДНЯО не подписывал, при этом практически всем известно, что он владеет ядерным оружием.
Поэтому иранцы считают: раз этот договор, которым они столько лет сковывали себя, не стал панацеей от американских и израильских ударов, то зачем в этом договоре находиться. То есть отдельно взятые иранские политические лица, очень влиятельные, полагают, что Иран на сегодняшний день заслужит моральное право разработать ядерное оружие на каком-то ограниченном уровне.
«СП»: Но как это согласуется с заявлением президента Пезешкиана о том, что страна намерена придерживаться положений Договора о нераспространении?
— Надо отметить, что не у всех на этот счет единая позиция. В частности, правительство Ирана во главе с президентом, отдельно взятые представители силового блока, тот же КСИР или Министерство обороны считают, что говорить о ядерном оружии в открытую, как минимум, будет не совсем уместно, поскольку это как раз провоцирует новый виток конфликта.
А, например, спикер парламента Мохаммад Багер Галибаф, который возглавляет переговорную группу со стороны Ирана или глава МИД Ирана Аббас Арагчи, они в целом не против ядерного оружия, но предлагают не раскручивать эту тему публично, а тянуть время, чтобы подготовиться к новым ударам.
Все указывает на то, что они состоятся. И состоятся, скорей всего, поздней осенью после промежуточных выборов в США.
Поэтому в данном случае Иран как бы повышает ставки этого конфликта. Он показывает американцам и израильтянам главным образом, да и всему миру заодно, что многолетнее выполнение Тегераном международных договоренностей не остановило агрессию США и Израиля. Они все равно нанесли удары по территории Ирана. Погибли люди, в конце концов. Погиб сам верховный лидер страны. А раз так, то зачем себя в чем-то ограничивать.
«СП»: Какие у данной инициативы могут быть последствия?
— Это отдельный разговор. Но то, что иранцы настроены очень жестко, однозначно.
С другой стороны, существует мнение, что в целом получение ядерного оружия может обернуться бумерангом для самого Ирана. Потому что регион нуклеаризуется, и Турция с Саудовской Аравии тоже могут заявить о моральном праве на такое оружие.
Нужно ли это Ирану, и вообще всему миру? Нужно ли это нам, например, или китайским нашим партнерам, да тому же Западу… Я сомневаюсь.
Поэтому иранцы стараются пока еще балансировать. Но своим, скажем так, гипотетическим выходом из ДНЯО они показывают, что в целом вся ответственность лежит в данном случае не на Иране, а на США. Даже лично на Дональде Трампе. И надо сказать, что это очень серьезный политический удар по Трампу в преддверии ноябрьских выборов. Потому что сейчас демократы будут эту тему очень активно раскручивать и настраивать общественное мнение против американского президента.
Официальный представитель Кремля Дмитрий Песков, комментируя желание Ирана выйти из Договора о нераспространении ядерного оружия, отметил, что Россия этого не хотела бы. По его словам, Москва считает ДНЯО «краеугольным камнем режима нераспространения» и рассчитывает, что Тегеран продолжат оставаться ответственным участником договора. Также он указал на отсутствие у Ирана работ по созданию ядерного оружия.
